Ruip.Net

Хочешь сыграть в первое свидание?
Да / Нет

Гребень Ундины | Фирменные крео

dollsmeister:
Кадавр

иногда достаточно сделать десяток шагов в направлении своего истинного я, чтобы при свете факелов логики нащупать в подземелии подсознания липкую от крови рукоять топора. Того самого топора, незримо толкает нас на поступки, которые осуждаются обществом, порицаются совестью и караются законом. Но что поделаешь - старик Фрейд описал закономерность и следствия и против этого описания не попрешь. Хотя, если бы данная максима не была выражена буквами, она все равно существовала незримым клинком над головой... С такими мрачными мыслями - порождением дурных снов, я вышел на кухню своей "студии" и поставил на огонь турку и закурил. С недавних пор я пристрастился к трубочному табаку, а посему представить себе утро без кофе и трубки просто был не в состоянии. Сделав добрый глоток, я принялся за любимое развлечение: анализ сна. К чему, интересно, может присниться прозекторская, расположенная в моей квартире? Да еще и с ожившим трупом на столе? Призрак отца психоанализа - ехидно улыбался, незримо витая над столом...

Говорят, как день начнется, так и пройдет. Вот уж, право дело, народ редко ошибается в меткости своих высказываний! В редакции я первым делом получил за просроченную передовицу, потом разлил чай на документы, и напоследок умудрился наступить на хвост любимому коту секретаря... Телефон трезвонил не умолкая, превращая голову в сплошной комок боли. Одним словом - тот тип рабочего дня, который я ненавижу больше всего. Утешало одно - Мадлена, моя подружка, работающая в архиве умудрилась найти у себя что-то, касаемое загадочного "аскхана", из чего следовала приятная встреча, которая закончится обязательным альмондо в кофейне на Елисейских полях. С трудом окончив обзор парижской прессы, я забросил шефу отчет и с облегчением выскочил из душного здания редакции. Повоевав некоторое время с потоком машин, я пересек Рю де Пелят и с головой окунулся в блаженную тишину, змейкой пробегающей через добрую треть Парижа улочки Монпарье. Она примечательна уже тем, что не меняется ни зимой ни - летом, в отличии от остальных улиц города. Эдакий остров стабильности в вечно меняющемся Париже. Набив трубку, я тихой сапой двинулся в сторону архива. Спустя полчаса пешей прогулки по шуршащим под ногами листьям, превратившим асфальт в пышный ковер, играющий в солнечных лучах дивным калейдоскопом, я с усилием открыл тяжелую дверь, которая, наверное, сторожит уединение архива еще со времен Людовика. Обнаружить Мадлену оказалось достаточно сложно, однако через десять минут петляния по лабиринтам, я уткнулся в лестницу, на верхней площадке которой сидела повелительница архивной информации.
- Привет, дорогая, - по традиции я прикоснулся губами к ее прохладной щеке, - Ну, хвастайся.
- Здравствуй, Эл. Что это ты решил археологией увлечься?
- Да вот, понимаешь ли, наткнулся я на необычную историю...
Я пересказал еще раз услышанное в больнице повествование, которое весьма меня заинтриговало.
- Вот и не знаю теперь, с чего начать. Интернет об этом загадочном аскхане не знает ничего...
- Это слово встречается в документах всего дважды, - села на своего любимого конька Мадлена, - и оба раза в контексте упоминаний о каком-то особенном виде проклятия. Согласно информации, которую я смогла отыскать, этим проклятием владели черные жрецы кельтского бога Кернунна. Суть его не - совсем понятна, однако достоверно известно, что проклятие это было чем-то типа оружия. И оно будет действовать до тех пор, пока его секрет будет знать хотя бы один человек. В принипе, я сделала тебе копии этих бумаг - ознакомишься с ними целиком.
- очень интересно... - протянул я, укладывая копии в сумку
- Знаешь, честно говоря, я и сама заинтересовалась этим вопросом. Все упоминания об этом проклятии концентрируются в районах нынешнего Лиона. Там, где в прошлом году обнаружили друидское капище.
- Да и эта самая история произошла в том регионе... Ладно, что там гадать! Вот найду этот самый пресловутый гребень, тогда и туда поеду.
- Слушай, Эл...А возьми меня с собой!
- Ой, Мадлена, ну что ты там забыла? Может быть, это вообще бредни, родившиеся в воспаленном мозгу сумасшедшего!
- А если нет, это будет отличный материал для моего дипломного проекта. К тому же, я всегда мечтала принять участие в настоящем приключении с сильным, ловким и очаровательным партнером!
Этой женщине просто невозможно отказать... Хотя, скорее всего, не только этой, ибо лесть сладка и ласкает сердце мужчины ловчее самой искусной любовницы.

Договорившись с Мадленой о том, что завтра она берет отгул на несколько дней и я заеду за ней в одиннадцать, я вышел на улицу. Направляться домой было рано, а посему я решил посетить заведение "Волк" на Монмартре. Названное в честь знаменитой истории о вервольфе из Жеводана кафе было выдержано в охотничьем стиле и здесь подавали отличную бехеровку. Однако, свернув с Монпарье на Рю де Лаше, я увидел странную, сгорбленную фигуру, которая бросилась в подворотню. Передвигался человек каким-то странным образом - будто по-обезьяньи: выброшенные вперед руки, в полуприсяде. И не смотря на внешнюю неуклюжесть, двигался он очень быстро. Достигнув места, - где существо свернуло, я понял что прыгнул он в дверь, скрытую в неглубокой нише. Дверь эта сейчас была закрыта. Достав из портмоне купюру достоинством в пятьдесят франков, я постучал в дверь. Спустя какое то время она скрипнула и в проеме показался высокий, седой старик с пышной гривой волос и всклокоченной бородой. Я призвал все свое обаяние и помахав мятой купюрой брякнул:
- Это не вы уронили? сюда только что вошел...э-э-э...мужчина. Вот...у него из кармана...
Старик широко улыбнулся, продемонстрировав мне ряды желтых, прокуренных зубов:
- Может кто и выронил. А только зря ты гребешок рыбоньки нашей искать вздумал. Брось ты это дело, а то и помереть недолго...
Я остолбенел, а старик, продолжая скалится, приблизил свое лицо к моему, обдал вонючей волной перегара и дурного табака и прошипел:
- Она бы и сама к тебе в гости заглянула, да идти больно далеко. Так что жди гостя сегодня, сынок!
внезапно расхохотавшись, он захлопнул передо мной дверь. Я стоял в каком-то оцепенении от увиденного и, главным образом, от услышанного. Идти в кафе почему-то перехотелось.

дома, я плеснул себе коньяку, и принялся листать документы, скопированные Мадленой. Главным образом, это были обрывки легенд. В них говорилось о великой силе аскхана, который (которое??) способен вызывать из могил мертвецов, которые карают врагов.
Один документ был более обстоятелен, но был написан на таком диком наречии, что разбору поддавалась только часть текста. Рассказывалось в нем о "людях аскхана", которые после смерти "видят сны и лелеют вкус крови на губах". Эти существа при воздействии древней магии могли выходить из своих могил "неотличимо", ибо "нелюдь в среде людей подобна карле, вызывает лишь жалость". От увлекательного повествования меня отвлек слабый шорох за дверью. Соседей у меня не было, мыши не водились сроду... Вор? Тихо, стараясь не поддаваться панике, я подошел к бюро и вытащил из верхнего ящика свой револьвер. Шерох на лестнице стих. Не сводя глаз с двери, я зашнуровал свои любимые высокие армейские ботинки и резким движением откинул собачку замка, распахивая дверь. На лестнице было тихо, однако присутствие незванных гостей выдавало - открытое слуховое окно, ведущее на крышу. Сорванный замок валялся тут же, на площадке. внезапный грохот стекла в моей квартире заставил меня подпрыгнуть. Вбежав к себе я увидел страшную картину: посреди комнаты стояло странное существо, больше похожее на монстра, сошедшего с полотна Босха. Оно стояло в глубоком полуприсяде, вперив свои зеленые глаза мне в лицо. Нижней челюсти у чудовища не было, но клыки верхней, с которых капала слюна, демонстрировали - отнюдь не мирные намерения монстра. От ужаса, накатившего бурной волной на мое сознание я оцепенел. Лед страха сковал мое тело лишь на какую-то секунду, а потом, когда сатанинское отродье протянуло в мою сторону свои крючковатые пальцы, я поднял револьвер и стрелял до тех пор, пока боек сухим щелчком не сообщил мне, что патроны закончились. пороховой дым немного развеялся, и я увидел тварь, что напала на меня, лежащей в трех шагах, на полу. Вздох облегчения невольно вырвался из моей груди. Комната была наполнена запахом тлена. Я подошел немного ближ, чтобы рассмотреть монстра и тут же отпрянул - чудовище смотрело на меня удивительно живыми, зеленого цвета глазами, напрочь лишенными зрачков. Резким скачком оно вскочило на ноги, и прошипев что-то невнятное, молниеносно выпрыгнуло в окно...
Думаю, вполне уместным будет сообщить, что остаток ночи я, скептик до мозга костей, провел в ближайшей забегаловке на Пигаль.

Едва утро позолотило шпили кафедерального собора, я уже стоял на пороге квартиры моего старого знакомого, археолога Мишеля. когда-то, три года назад, я писал о раскопках под Труан и судьба свела меня с этим смешливым, розовощеким алкоголиком очень вовремя. Звонок уже начинал дымиться, когда дверь наконец-то открылась.
- Лучше б ты похмелиться принес! - выговаривал мне Мишель, ставя на огонь чайник и презрительно косясь на пакет из фаст-фуда.
- Перебьешься. Я к тебе вот по какому делу, дорогой Мишель... Скажи, что ты слышал про "аскхан"?
красное от долгого употребления алкоголя лицо Мишеля побледнело...
- когда-то, лет так десять назад, мы копали в Сибири ряд могильников тысячелетней давности. тогда я - впервые наткнулся на захоронение человека с перерубленными ногами, руками и раздробленной грудиной. Один из местных проводников, якут, с дрожью в голосе рассказал нам, что этого человека хоронили проклятым - под воздействием колдовства, он должен был вставать ночью из могилы и искать предмет, в котором заключена его душа. При этом, убивая всех, кто помешает его поиску!
- Какой предмет, Мишель? - я сгорал от нетерпения, ведь от этого вполне могла зависеть моя жизнь.
- А неважно, хоть дамские трусики. Схема такова: колдун ловит душу усопшего, помещает ее в предмет, после чего этот предмет подбрасывает жертве. ночью в ее дом приходит кадавр, который ее и убивает с целью завладеть собственной душой.
- А как он узнает о месте нахождения этого предмета?
- А колдун же и нашептывает! Правда, у них, у якутов, это называется "порассо". Такая магия была почти у каждого народа. Все в мире идентично!
- Ты хочешь сказать, что аскхан...
- Ну, наверное...
- Слушай, Мишель, а как с этим боролись якуты? Тебе не рассказывали?
- А что там бороться - твари эти уже мертвые... Ну, во времена "немирных чукоч", например, им пилили руки с ногами также, как и в древности. А позже, когда волна христианства докатилась до Сибири, стали вгонять в грудь осиновый кол. При чем - каждому потенциальному порассу.
- Так кто же ко мне сегодня приходил-то?
- Белая горячка, Эл! - со странной убежденностью сказал экс-археолог...

Мадлена ждала меня у подъезда. Она сидела верхом на достаточно увесистом рюкзачке и скучающе курила.
- О! Эл, приветик! - радостно подпрыгнула она, -А у меня для тебя послание!
- От кого? - насторожился я
- А я не знаю! - простодушно рассмеялась Мадлен. - Просто утром ко мне постучалась какая-то старушенция, которая потребовала тебя. Когда я ей сказала, что ты у себя, она заставила меня отдать тебе этот конверт...

окончание - следует
© Повелитель кукол

Тема полностью: Гребень Ундины | Фирменные крео

creomania.com